Робину показалось забавным совпадение - ведь и рыбацкая окраина уже лет двести как не рыбацкая и не окраина. Название осталось, но район теперь почти в самом центре города, а живут в нём по большей части торговцы, чиновники средней руки да понаехавшая за вдохновением богема.
- Почему он над городом снижался? - спросила Бригита, провожая взглядом самолёт, который, накренившись, пересёк береговую линию и начал большой круг над заливом.
- Чтоб если какой мотор откажет, грохнуться в строяк и поубивать побольше народу, - с каменно серьёзным лицом ответил Кир и шумно прихлебнул из чашки.
Бригита хлопнула глазами и явно смешалась.
- Он шутит, - сказал Робин. Посмотрел на свой остывший чай и улыбнулся. Не реплике Кира, а потому, что в голову ему внезапно пришло ещё одно совпадение. Они ведь тут - тоже не те, кем кажутся. Изображают зевак, пришедших поглазеть на прибытие столичного инспектора, на деле пытаясь обеспечивать безопасность мероприятия. Пытаясь - потому что с учётом нагнанной сюда со всего города полиции, они явно были пятым колесом в телеге. Кир прекрасно это понимал, поэтому сразу выбрал им позицию в отдалении, на тёмной от времени веранде старого кафе. Случись что - отсюда они при всём желании не упеют вмешаться - разве что пострелять в толпу наугад. Ну, то есть, сам Робин разве что чашкой кинуть сможет - свой пистолет он сегодня всучил Киру. Хэль с оружием мог вызвать вполне определённую реакцию у и без того задёрганных усиленными мерами безопасности полицейских. Свои, из комиссариата, в лицо его, конечно знают, а вот за обитателей опорных пунктов с окраин Робин бы не поручился.
Впрочем, стрелять никто из них никуда в любом случае не собирался. На любого потенциального террориста здесь сейчас и так найдётся дюжина резвых сотрудников, желающих получить медаль за героизм. Справятся как-нибудь.
И это, подытожил Робин мысленно, четвёртое двойное дно текущей ситуации. Они значатся как обеспечивающие безопасность, но обеспечивать её не собираются. Хорошее число - четыре. Счастливое. Он кивнул и одним длинным глотком допил чай. Махнул рукой официанту и щёлкнул по краю чашки. Тот нехотя оторвался от созерцания самолёта и направился внутрь кафе.
Самолёт теперь приближался к городу со стороны моря. Качнул крыльями, сверкнул серебристым бортом. От воды его отделяло совсем небольшое расстояние, уменьшавшееся с каждой секундой. Момент касания поверхности все увидели сразу - от носа машины метнулись в стороны ярко-белые пенные усы. Пропеллеры замедлились, проявившись блестящими кругами на концах моторов. Даже сейчас, рассекая воду, самолёт всё равно не был похож на лодку - теперь он напоминал Робину неуклюжий грузовой пароход с широкими верандами крыльев и торчащим вместо флагштока на корме плавником хвоста.
Толпа загомонила и начала подтягиваться к берегу. Те из полицейских, кому досталость носить сегодня форму, начали отжимать людей от причала. Те, кто был в штатском, засуетились и задвигались. Робин поморщился - потенциальному злоумышленнику ничего не стоило вычислить этих остолопов по их поведению. Остаётся надеяться, что злоумышленников и в самом деле нет.
Самолёт приближался к причалу медленно. Первый ажиотаж у зевак спал. Поняв, что до швартовки ещё четверть часа, а то и больше, они ослабили напор на цепочку полицейских. Кир повернулся к Бригите:
- Кстати, как лекция вчера прошла?
- Нормально, - Бригита ответила резко и мрачно, но Кир, кажется, поверил.
- Ну, это хорошо. А то я, если честно, переживал немного. Кстати, Янг в себя пришёл.
- Да? - тут реакция была уже куда искреннее.
- Ага. В утренней сводке было.
Робин фыркнул - кажется, Бригита со своим вечным копанием в документации, оказывает положительное влияние на отдел. Вон, глядя на неё Кир уже начал читать утренние сводки. Сам Робин пока ещё не начал, но в последнюю неделю несколько раз ловил себя на таком желании.
- Ты чего фыркаешь, косматый? Как конь. Вон, и носяра, как у коня.
- Выражаю недовольство. Чай не принесли.
- Оборзели совсем тут, среди курортников. Цены ломят, как в ресторане, а обслуживают как в тошниловке. Слышь, шкет! - Кир развернулся к входу в кафе, - Хули ты там копаешься? А ну метнулся!
Из глубины помещения раздался голос официанта. Слов было не разобрать, но Киру, кажется, для понимания вполне хватило интонации.
- Бегом, бля! А то я ж щас встану!
Донеслось торопливое брякание посуды, и официант появился в дверях. На его лице была смесь угодства и презрения в точно выверенной пропорции - чтобы клиент всё понял, но придраться не смог.
Кир снял с подноса чашку и поставил её перед Робином, после чего развернулся обратно к официанту.
- Стой, куда пошёл! Значит, ещё два чая и этот... пирог с рыбой, у вас там на доске перед входом написано было.
- Пирог вечером будет. Сейчас не готов.
- Ну, я не знаю, пожевать чего-нибудь. А то тут у вас на рыбацкой с голодухи сдохнешь, пока дождёшься этого... - он махнул рукой в сторону приближающегося самолёта.
- Бутерброды с сыром, милонский бальтет и каша. Вчерашняя.
- Милонский что?
- Рыба, - вмешался Робин, - В тесте. Жареная.
- Понапридумывают... Ладно, бутерброды неси. И чтоб не заветренные, понял! За заветренные платить не стану.
Дождавшись, пока официант скроется, Робин укоризненно посмотрел на Кира.
- Ты же и так не станешь.
- Что?
- Платить.
- Конечно. Я же полицейский.
Бригита поперхнулась остатками чая.
- Ты ещё погромче ори. Что полицейский. Вдруг кто не слышал, - проворчал Робин.
От берега послышался нарастающий гомон. Самолёт подходил к причалу. Вдоль кромки забегали рабочие в непривычно чистых комбинезонах, приняли выброшенные лётчиками концы и торопливо пришвартовали неуклюжую тушу. К распахнувшейся в борту дверце подали трап. Зеваки затихли.
Робин ждал, что сначала выйдет какой-нибудь пресс-секретарь или телохранитель, но человек, появившийся на трапе, не был похож на представителя свиты. Когда он в два порывистых шага сошёл на причал и направился по нему в сторону собравшихся, стало ясно, что это инспектор, и что он прибыл один.
Инспектор был высок, строен и неожиданно молод. На его плечи была накинута светлая шинель, из-под неё был виден мундир прокурорской службы - но не уставного тёмно-синего цвета, а белый. На руках - белые перчатки. С собой - ни портфеля, ни папки. Ни оружия. Длинные светлые волосы, забранные в низкий хвост, бледная кожа.
- Экая фифа... - растерянно буркнул Кир. У него за плечом застыл так и не донёсший до стола поднос с чаем и бутербродами официант.
Точно так же застыли в каком-то гипнотическом оцепенении и все прочие вокруг.
Инспектор прошёл сквозь толпу, не замедляя шага и не глядя по сторонам, словно бы площадь была пуста. Люди молча расступались перед ним и забывали сомкнуться вновь, так что в толпе остался след, как от ножа. Чёрная машина магистрата, ожидавшая в центре площади, распахнула дверцу заранее. Инспектор остановился перед ней и впервые обвёл взглядом окружающих. Глаза у него были белёсыми и пустыми, как у мёртвой рыбы. Стягивая с рук перчатки, он нырнул внутрь. Дверца закрылась, автомобиль тронулся.
- Да уж. Народ хотел зрелища - народ, ёпта, получил зрелище. На все деньги. О, шкет, ты тут! Давай жратву сюда, хули встал?
- Нужно проверить, - реплика сорвалась с губ Робина прежде, чем он успел сообразить, что официант всё ещё рядом.
- Что проверить? - спросил Кир, мимикой показывая, что сейчас отвечать не стоит.
Официант удалился. Робин перевёл дух и пояснил:
- Его проверить. Перстень. Он снял перчатки, садясь в машину, и на правой руке у него был перстень. На безымянном пальце.
- Что, такой перстень? - Бригита смотрела огромными глазами.
- Нет. Не спец-единица. Просто перстень. Но я его где-то видел. Надо узнать.
- Ну что ж, вот и работа нам появилась. А то я думал, у нас внеплановый выходной сегодня нарисовался. Запомни, мышь: раз косматый говорит, что надо проверить - значит, надо проверить. Мудрость жизни, не раз подтверждённая. Так, дуйте пока в контору и прикидывайте там, как нам организовать оперативные мероприятия, а я порадую шкета тем, что он нихуя не получит от нас за завтрак и двину в магистрат. Повынюхиваю там по курилкам, какие слухи бродят. Собираемся у нас в... ну, пусть в пять вечера. Всё, двинули, чо стоим?
И они двинули. Робин успел прихватить с принесённой тарелки пару бутебродов, но когда через пару кварталов собрался-таки откусить,
обнаружил, что они чёрствые.