Сэм Ньюберри (sam_newberry) wrote,
Сэм Ньюберри
sam_newberry

  • Mood:
  • Music:

Про героев

Перехват:
=====================

Герой - это тот, о ком поют менестрели. Грок никогда не слышал, чтобы о нем кто-то пел. Впрочем, если бы и слышал (и если бы о нем действительно сложили хоть одну песню), то сейчас ему все равно некогда было думать об этом. Сержант раздвинул строй плечами и, отпихнув Грока в сторону, ощерился, глядя вдаль. Конница на гребне холма разворачивалась для атаки. "Хорошая у них позиция..." - пробурчал сержант, - "Под горку в аккурат... Разгонятся и вдарят." У Грока вспотели ладони. Командир конников, отсверкивая полированным нагрудником, промчался вдоль строя своих бойцов, с мечом, воздетым над головой. Те отвечали ему слитным ревом, который доносился до Грока сквозь удары крови в ушах, как далекий морской прибой. Все было очень просто - для полного осознания ситуации вполне хватало даже нехитрых крестьянских мозгов Грока. Конная лава, разогнавшись вниз по склону, что есть мочи бьет в строй мордорцев, ощетинившийся пиками. Те, кто в первых рядах, будут смяты и растоптаны сразу. Мгновенно. Если им повезет, они даже не успеют ничего почувствовать. А вот конники первой волны, насаженные на пики, как букашки на булавочку, могут успеть почувствовать... Потом - хаос свалки, когда кавалерия будет всеми силами стремиться разорвать строй и превратить гоблинов в беспорядочно бегущую толпу, а гоблины навалят своих и чужих трупов, чтобы ни за что этого не допустить... Чем кончится - неизвестно. Зависит от слишком многих факторов. Грок не стал об этом думать, потому что он сжимал в руках десятифутовое древко с широким грубым острием, а перед его лицом было только поле. Поле, склон холма, и срывающаяся в атаку кавалерия на фоне закатного неба.

Герой - это тот, о ком поют менестрели. Так несправедливо устроен мир, и с этим ничего уже не поделаешь. Скажите, как по вашему - тот, кто остается стоять когда прямо на него рвется ощетинившаяся копьями и клинками волна, он - герой? Я думаю - да. Грок чувствовал, что земля раскачивается под его расставленными для устойчивости ногами, что небо становится все ниже и ниже, будто сползает от тряски и грохота. Он обмочил штаны. Он зажмурился изо всех сил. Все совсем просто - ты должен стоять. Не потому, что таков твой долг воина. Не потому, что за спиной - твои товарищи. Потому, что если ты побежишь, тебя настигнут и развалят мечом от плеча до жопы - как соломенное чучело на празднике степняков. И потому, что бежать некуда - сзади орет от страха потная осатаневшая толпа таких же, как ты, плотнее сжимаясь в кучу. И остается только стоять, крепче упирая пятку пики в землю и очистив голову от всех мыслей - даже от молитв. Грок вовсе не чувствовал себя героем, хотя несомненно был им. Был, потому, что сохранил способность делать выбор, потому, что не ломанулся, вопреки логике, бежать, не забился, бросив пику, в истерике. Потому что у него хватило мужества принять неизбежность. А еще через несколько мгновений - даже открыть глаза. Но о нем не пели менестрели - и никогда не споют.

Герой - это тот, о ком поют менестрели. Грок смотрел, как на него быстро, слишком быстро наплывает в туче пыли широкая конская грудь. Он немного повел пику влево, целя в перекрестье ремней сбруи, и плоский наконечник, вспоров кожу, увяз среди мышц. Пика ударила в ладони, выгнулась дугой, напряженная словно струна. Звуков не было, и не было уже давно - только дрожь земли, внезапно разродившаяся единым ударом, когда первые из кавалеристов ударили в строй. Грока окутала едкая вонь конского пота. Он не слышал, но чувствовал, болтаясь на трепещущем древке, как обезумевшего от боли коня насаживает все глубже и глубже беспощадная сила его же собственной инерции. Он увидел, как сержанту сорвало голову с шеи попаданием копья, и по его трупу вломился оскалившийся всадник, выхватывающий клинок из ножен. Он увидел, как между бьющимися в агонии конями, протиснулся еще один, и как наездник с лошади, остановленной Гроком, сорвался из седла прямо под копыта новоприбывшего. А потом пика сломалась. Лопнула, не выдержав. Острый излом древесины превратил кисти рук Грока в кровавое месиво, но он не успел ничего почувствовать - огромный конь, расшвыривающий клочья желтой пены, ударил его, сбив под ноги, переломав ребра и тут же вырвав подковой плечо из сустава. Потом сверху упал чей-то труп, и лицо залило горячим и липким. Грок еще успел удивиться, почему все происходит так долго - он рассчитывал на мгновенную смерть - а потом на него обрушилась вся боль сразу. Совсем вся. А потом все кончилось и стало темно.

Герой - это тот, о ком поют менестрели...

Tags: перехваты
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 18 comments