zinik_alexander на его комментарий к моей предыдущей записи. Наверное, сильно большего он (перехват, а не zinik_alexander, разумеется) и не достоин. Не бейте ногами за халтуру, ладно? ===========================
Яркая вспышка белого на темно-зеленом. Всплеск, коротко кольнувший сетчатку, и потускневший до мутно-белесого пятнышка. Потом светлая стрелка-радиус вновь догнала его, и пятнышко сверкнуло вновь - но уже ближе к центру круга. Оператор радара не стал дожидаться третьего раза - он нажал все полагающиеся по уставу кнопки и стал ждать результатов. Аппарат поморгал лампочками, опрашивая своих братьев-близнецов с соседних станций наблюдения и сверяясь с полетными листами всех доступных авиабаз, после чего выдал неожиданное:
ИДЕНТИФИКАЦИЯ ЦЕЛИ: НЕ НАЙДЕНО ЗНАЧИМЫХ СОВПАДЕНИЙ
ВЕРОЯТНОСТЬ НАХОЖДЕНИЯ ПО УКАЗАННЫМ КООРДИНАТАМ:
-ДРУЖЕСТВЕННОГО Л.А.: 0.0006%
-Л.А. ПРЕДПОЛАГАЕМОГО ПРОТИВНИКА: 0.0012%
-Л.А. ТРЕТЬЕЙ СТОРОНЫ: 0.0009%
ДОСТОВЕРНОСТЬ ПРИСУТСТВИЯ ЦЕЛИ: 94.7%
Оператор на секунду опешил. Такого с ним за все годы дежурств еще не случалось. Хотя, помнится, кто-то рассказывал... Да и черный телефон, о котором в курилке ходит столько баек, установили, наверное, не зря. Оператор потянулся к эбонитовой трубке. Нерешительно, впрочем, потянулся - все еще тлела дурацкая надежда на какой-то непонятный сбой техники. Может, температурная инверсия? Или кто-то из раздолбаев-гражданских заблудился и не доложил об этом вовремя? Или это война?.. Нет, вот войны как раз не хотелось бы - лучше уж пусть будет то, по поводу чего надо звонить по черному телефону.
- Сержант, в чем дело?
Оператор вдрогнул от неожиданности - старший смены, как и всегда, неслышно подошел в самый неожиданный момент. Уставной ответ почему-то как назло выскочил из головы, поэтому оператор просто показал на монитор, который теперь определял достоверность присутствия цели как равную 98.1%.
- Все в порядке сержант, не стоит звонить. Продолжайте несение дежурства.
Оператор открыл было рот, чтобы осторожно возразить, но тут радар встревоженно пискнул - на экране горели уже четыре точки. Старший пренебрежительно махнул рукой и отвернулся, собравшись вернуться в свое кресло. Зеленый луч совершил еще один оборот, и точек стало семь. Оператор решительно сорвал трубку черного телефона и поднес к уху.
- Я же сказал, сержант, - старший мягким кошачьим движением развернулся, в его голосе скользнули угрожающие нотки, - Я же уже сказал, что все в порядке. Это наши.
- Какие еще "наши"?! - оператор обычно не был склонен к нарушению субординации, но сегодня что-то было не так. Он ведь, по сути, был сторожем. Часовым. А главная ценность часового состоит в том, чтобы чувствовать неправильность происходящего, потому что она - самый первый признак опасности. Ну и еще в том, чтобы никогда не приносить бдительность в жертву чинопочитанию, - Какие "наши"?! Да здесь вокруг на три часа полета ни одного опознанного борта в воздухе!
В трубке щелкнуло, и приятный мужской голос, на удивление нестарый, произнес: "Слушаю"
Оператор не успел ничего ответить - старший смены с размаху ударил его в лицо, сбив со стула, и потянулся к кобуре.
- Я же сказал, что не надо никуда звонить, сержант...
Оператор почему-то был готов к такому повороту событий. Впрочем, закрыться от удара он так и не успел - все же его готовили в первую очередь к просиживанию штанов за пультом, а не к рукопашной. Тем не менее, он сумел сообразить, что к чему, и, падая под ноги старшему, ухватил его за сапоги, увлекая за собой на пол. Тот не ожидал сопротивления и почему-то все пытался вытащить пистолет, вместо того, чтобы вцепиться в противника. Оператор схватил его за волосы и изо всех сил ударил об угол пультовой консоли. Потом еще и еще, пока по пальцам не потекло горячее и липкое. После этого он разжал пальцы старшего, вытащил из них пистолет и, держа распростертое тело на мушке, ударил по кнопке боевой тревоги. Поднял болтающуюся на проводе трубку и произнес в нее:
- Пост два-сорок шесть, обнаружены восемь... двенадцать неопознанных объектов. Координаты...
- Нет нужды беспокоиться, сержант, - ответил приятный и нестарый мужской голос, - Это наши.
Сирена тревоги смолкла, и оператор увидел, что старший смены корчится на полу не от боли - от беззвучного хохота...